Главная Написать письмо Поиск Карта сайта Версия для печати

Поиск

ИЗДАТЕЛЬСКИЙ СОВЕТ
РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

Недопонятый святитель 28.11.2018

Недопонятый святитель

Из доклада преподавателя Владимирской Свято-Феофановской семинарии, кандидата философских наук А. В. Абрамова «Недооценка и недопонимание значимости трудов святителя Феофана Затворника представителями русской философии и религиоведения.

Несмотря на то, что труды святителя Феофана Затворника были хорошо известны и многократно переиздавались еще при его земной жизни, а после канонизации в 1988 году его имя и учение вновь получило широкую известность, все же восприятие его вклада в развитие различных отраслей гуманитарного знания во многом остается недопонятым и недооцененным. В данной статье ее автором не ставится цель проанализировать и дать оценку по всем отраслям гуманитарного знания, в которые внес свой вклад епископ Феофан Затворник. Мы ограничимся лишь двумя из них: русской философией и религиоведением.

Надо сразу же отметить, что хотя имя святителя Феофана Затворника, иногда и упоминалось у представителей русской религиозной философии, но какого-то детального исследования по философским аспектам его учения ими сделано не было. Были и такие русские философы, кто критиковал учение Феофана Затворника (иногда будучи весьма посредственно знакомым с ним) лишь постольку, поскольку в определенных аспектах оно не вписывалось в его собственные философские концепции. Наиболее яркие примеры такой критики встречаются в различных сочинениях Н. А. Бердяева. Приведем несколько суждений русского философа, которые он высказывает относительно учения Феофана Затворника, и дадим их оценку.

Анализируя одну из наиболее известных книг епископа Феофана Затворника «Путь ко спасению», а также «Начертание христианского нравоучения», Н. А. Бердяев утверждает, что Вышенский Затворник принадлежит традиции «Добротолюбия» и является классическим выразителем духа Православия XIX века с его идеей личного спасения, которую философ расценивает как одностороннюю, поскольку в ней не получило в должной мере развитие учение теозиса, обожения твари, преображения мира, космоса.

В трудах святителя Феофана Н. А. Бердяев находил сочетание «мистической аскетики с позитивно-утилитарным жизнеустройством и мироохранением», и расценивал его как «упадочно-боязливое», «умаленное и ущербное», направленное на приспособление религии искупления к последствиям греха, то есть к миру. Поскольку, по мнению Н. А. Бердяева, Феофан Затворник якобы считал, что вся духовная культура, куда философ относит знание, искусство и человеческое творчество, – это соблазн.

Н. А. Бердяев утверждал, что в своем учении Феофан Затворник благословлял занятия торговлей, освящал мещанскую хозяйственность и семейственность и особенно государственную власть и признавал священными государственные чины.

В своей автобиографической книги «Самопознание» философ признавался, что его отталкивало больше всего то, «что писал Феофан Затворник не об аскезе и внутренней жизни, а о практической морали и об отношении к общественной жизни».

В этой же автобиографической работе Н. А. Бердяев пишет, что он всю свою жизнь утверждал «мораль неповторимо-индивидуального» и враждовал «с моралью общего, общеобязательного». Далее продолжая свою мысль, он отмечает, что такое его отношение к морали приводило его «к отрицанию обетов как противных свободе человека, обетов брачных, обетов монашеских, присяг и прочих».

В лице Феофана Затворника Н. А. Бердяев лишь критиковал русскую форму исторического Православия, какой он ее видел, развивая собственную концепцию, связанную с проблемой личности, ее свободы и творчества, отстаивание которых для него было куда более важным делом, чем объективный подход к изучению трудов Феофана Затворника, знание которых, вероятно, мало его интересовало. Свое понимание духовности и творчества Н. А. Бердяев противопоставлял аскетизму, который в его понимании в трудах Феофана Затворника представляет собою своего рода закостенелую форму монофизитства, основанную на посюсторонних ценностях, которым сопутствует страх и подчинение, где нет свободы, что опять-таки несправедливо. Дело в том, что за внешней, материальной формой, с которой имеет дело аскет, стоит глубокое духовное содержание, которое при внимательном рассмотрении можно найти у любого религиозного православного писателя, в том числе, и у святителя Феофана Затворника.

Что касается идеи личного спасения, которую предписывает Н. А. Бердяев Феофану Затворнику, то здесь его мнение диаметрально противоположно современному устоявшемуся пониманию, согласно которому для русской духовной культуры как раз не была свойственна концепция индивидуального спасения. Как справедливо заметил еще П. И. Новгородцев, в поздний период своего творчества, в основе русского православного самосознания находится «идея спасения людей не индивидуального и обособленного, а совместного и соборного, совершаемого действием и силой общего подвига веры, молитвы и любви». Уход от мира являлся для всех русских затворников лишь средством совершенствования ради дальнейшего служения миру, а не стремление только лишь к личному спасению. В полной мере этой суждение относится к затворнической деятельности святителя Феофана Затворника, так как свое затворничество он рассматривал, как особое более удобное служение Богу через людей, посредством своих духовно-нравственных творений.

По этому поводу уместно привезти высказывание, которое приводит митрополит Антоний Сурожский, когда говорит, что человек, который сосредоточен только на самом себе, по образному выражению Феофана Затворника, подобен стружке обернутой вокруг собственной пустоты.

Об идее затвора как служения людям свидетельствует и многочисленная переписка святителя Феофана, адресованная разным лицам. Вникая в нужды людей, он делится со своими адресатами духовным опытом, и его эпистолярное наследие не утратило своей актуальности, и продолжает переиздаваться.

Перейдем теперь к рассмотрению учебной литературы по русской философии, какое место занимает в ней имя святителя Феофана Затворника. Для этого проанализируем литературу, получившую наибольшую известность в этой области знания. Среди специалистов по истории русской философии наибольшей авторитетностью признаются труды протоиерея В. В. Зеньковского «История русской философии», и Н. О. Лосского «История русской философии». У о. Василия Зеньковского, имя святителя Феофана Затворника в обозначенном труде встречается только в контексте учения о Феофане Авсеневе. Где святитель упоминает его в своих письмах как своего преподавателя по Киевской духовной академии, который читал у него лекции по психологии. В этих письмах святитель Феофан Затворник развивал идею о невещественной мировой душе, которую создал Бог, вложив в нее идеи всех тварей.

У Н. О. Лосского, в указанной его работе, имя святителя Феофана фигурирует в заключении. В этой работе автор отмечает, что он ограничился религиозными мыслителями, которые подобно В. С. Соловьеву близки общей традиции европейской философии. Что он, по этой причине не включил в свой труд исследования по мыслителям духовной академической традиции, к числу которых относится епископ Феофан Затворник. При этом он отсылал, всех желающих познакомится с духовно-академическими трудами православной религиозно-философской традиции, в которой писал и святитель Феофан к трудам протоиерея Георгия Флоровского «Пути русского богословия». В то время когда жили и писали указанные авторы в эмиграции и адресовали свои труды, В. В. Зеньковский — русскоязычному населению, в эмиграции, а Н. О. Лосский — англоязычному населению, это было обусловлено определенными обстоятельствами и аудиторией, которой адресовались эти работы. Однако и в настоящее время, несмотря на то, что обстоятельства и аудитория изменились, мало что переменилось в подходах исследователей по отношению к святителю Феофану Затворнику со стороны представителей русской философии и религиоведения, о чем свидетельствует современная справочная литература по этим отраслям научного знания. Для примера и сравнения проанализируем несколько наиболее известных и современных энциклопедических изданий по русской философии и религиоведению, рассмотрим второе издание энциклопедии по русской философии, вышедшее в 2014 году и Энциклопедию религий, изданную в 2008 году: какое место в них занимает имя Феофана Затворника.

Начнем с того, что в рассматриваемых энциклопедиях отсутствует специальная статья, посвященная святителю Феофану. Однако в этих справочных изданиях присутствует статья, посвященная другому равнозначному с ним духовному писателю – святителю Игнатию (Брянчанинову). В Энциклопедии религий (2008), несмотря на то, что она является наиболее фундаментальной из русскоязычных изданий, имя Феофана Затворника упоминается лишь в контексте существования известного разногласия двух святителей по вопросу природы души и ангелов. А в энциклопедии по русской философии (2014), имя Феофана Затворника упоминается только в библиографии, посвященной этому разногласию.

Напомним, что между святителем Игнатием (Брянчаниновым) и святителем Феофаном Затворником, были не только суждения, в которых они по-разному в церковных печатных изданиях высказывались в отношении природы души и ангелов, но и личная переписка. Где они уважительно относились друг другу, как лицам умудренным духовным опытом и высокой подвижнической жизнью.

Святитель Феофан в этой переписке, в частности, спрашивал совета у святителя Игнатия Брянчанинова, который в это время находился на покое в Николо-Бабаевском монастыре, стоит ли ему так же как епископу Игнатию уйти на покой в Вышенский монастырь. Святитель Игнатий Брянчанинов советовал подождать, пока откроется для этого благоприятное время.

Перейдем теперь к рассмотрению энциклопедии по русской философии (2014), где имя святителя Феофана и его труд «Путь ко спасению (Краткий очерк аскетики)» также упоминается в библиографии к статье «аскетизм». Это косвенно свидетельствует, что за святителем Феофаном авторами этого издания признается вклад в религиозно-этическое учение, но ему не придается особого философского значения. Хотя в энциклопедии по русской философии (2014), в отличие от Энциклопедии религий (2008), есть статья под названием «Добротолюбие», но в ней имя Феофана Затворника не упоминается не только в самом тексте статьи, но не указывается и в ее библиографии, в то время как святитель Феофан Затворник переводил Добротолюбие в пяти томах в течение 15 лет своей жизни в затворе, и уже давно сложилось устойчивое мнение, что духовное наследие святителя Феофана написано в духе «Добротолюбия», и в его переводе этот труд получил не только новую языковую форму выражения, но и вклад в него личного духовного опыта Вышенского Затворника.

Подводя итог, следует отметить, что одной из причин недопонимания и недооценки трудов святителя Феофана Затворника послужило, то, что его учение в основном высказывалось в виде незавершенных суждений. Эти суждения, зачастую носящие афористическую окраску, требуют своего логического заключения, для чего необходимо проделать контекстуальное, комплексное изучение трудов епископа Феофана и исследований о нем в контексте его эпохи и дать сравнительный анализ его учения с той духовной традицией, в парадигме которой написаны его труды. Такая комплексная работа, уже ведется филологами, занимающимися исследованиями трудов святителя Феофана в научно-богословском проекте по изданию полного собрания его творений.

Журнал «Православное книжное обозрение»









Лицензия Creative Commons 2010-2013 Издательский Совет Русской Православной Церкви
Система Orphus Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru