Смысл эпохи

Смысл эпохи 02.08.2018

Смысл эпохи

Организованное наступление, даже нет, – регулярная, хоть и необъявленная, война против библейского человека. Да, именно так. Полномасштабная война против библейского человека. Это смысл нашей эпохи, как мне он видится.

Каждый волен по-своему понять и наименовать время, в котором он живет.

Эра Водолея.

Суета сует.

Звук шагов Мошиаха.

«Век мой, зверь мой, / Кто сумеет заглянуть в твои зрачки…» И так далее.

А у меня вот так: война против библейского человека. Каждое слово в этой фразе требует истолкования.

Во-первых, что такое «библейский человек»? Говоря простейшим языком, это тот, о ком в старой песенке пелось: «Пусть всегда будет солнце, / Пусть всегда будет небо, / Пусть всегда будет мама, / Пусть всегда буду я».

Иными словами, библейский человек верует в вечную жизнь (пусть всегда буду я). У него есть семья (или он стремится к семье как к неизбежному условию нормальной жизни). Он живет на земле под небом. В четко и правильно определенных координатах. Не в космосе он живет, не на других планетах. И желательно, чтобы в земле под его ногами не было ядерного могильника, а в ближайший пруд не был слит мазут с соседнего завода.

Богом созданный мир, спасенный от осквернения варварскими руками, – раз. Библейская семья: папа, мама, дети – два. Желание вечной жизни, а отсюда: совесть, вера, общение с Богом, покаяние, жертва. Это три. И это простейшая выжимка из термина «библейский человек».

Против него как раз ведется война. Семьи, говорят, не надо, или вместо нее надо что-то фантастическое и стыдное. Совести не надо. Это, мол, все рефлексии, навязанные социумом. Вера, Церковь, молитва – все пыль, чушь, ложь. Сама душа – ложь, и вечная жизнь не более, чем бред. А все, что есть, это инстинкты, страсти и безысходность. Весь шум мира – от страха перед тишиной, а сам страх этот – от безверия и неизбежного в этом случае тупика.

Напоследок отчаявшемуся человеку остается загадить Землю: вырезать леса, заплевать колодцы, разогнать зверя, вытравить рыбу. Тогда останется мечтать только о межгалактических странствиях, для чего придется что-то покурить.

Такова картинка. Ее долго рисовали и пока не окончили.

Чтобы тащить нас всех туда, где все только усугубится, мало одного лишь личного греха. Мало личных слабостей и гадостей отдельных людей. Что же надо?

Надо оседлать мелкие ручейки личных грехов и направить их в единое русло. Нужно управлять процессом. Это и есть планомерная война. Есть ведь бандитские наскоки и хулиганские выходки. И это страшно, неприятно, опасно, но это не война.

Война – это иерархически структурированное войско. Это запасы, снабжение и продовольствие. Это штабная аналитика и разведка на местности. Это диверсионные группы в тылу. Это информационное сопровождение кампании. Это отвлекающие маневры и ложные удары ради концентрации сил на главных направлениях. Это очень много обученных людей, получающих приказы из одного центра. И это очень слаженная деятельность не ради «попугать», а ради «уничтожить». Именно такая война и ведется против маленького библейского человечка, который всего-то и хочет, чтобы всегда была мама, и жмурится при этом, глядя на солнышко.

Организованную войну ведут империи.

Не нужно думать, что в данном случае речь идет об Османской империи или Австро-Венгерской. Речь не о троне, не о вельможах, не о придворном церемониале. Современную вышеупомянутую войну ведут особенные империи: фармацевтические, к примеру. Они могут и травануть, кого хочешь, и опыты поставить на жителях третьего мира. И воевать с ними еще сложнее, чем с Османской империей во время оно.

Это, без сомнения, медиа-империи. Вот уж кто моет мозги хлорным раствором миллиардам людей! Вот уж кто, как тролли из сказки Андерсена, мелкие осколки бесовских стекол закидывает людям в глаза ради искривления общей картины мира. Творцы фантазий, обслуга серых кардиналов, молчуны о главном и крикуны о чепухе, они составляют огромную и лучшую часть злой армии. «Где моя Каинова печать?» – кричал Каин XVIII в пьесе Шварца. Ему принесли тотчас государственную печать, которой печатлеются приказы. «Не это!» – закричал Каин XVIII. – «Я говорю о прессе!» И затем прибежали газетчики, ибо в определенных случаях они и есть подлинная Каинова печать.

Есть еще империи, производящие продукты, которые есть нельзя.

Есть империи, торгующие внутренними органами еще вчера живого, а сегодня умершего человека. Их коллеги в это время превращают очередного дядю в тетю или наоборот.

Есть империи, пропагандирующие новую мораль, то бишь некое всеобщее совокупление без разбора пола и возраста и, что еще страшнее, без угрызений совести. И наркобароны есть, и владельцы порно-империй есть.

О, как много этих империй! И все они действуют в одном духе, словно договорившись. Есть, конечно, место и военному компоненту. Это когда бомбят и расчленяют на части страны, несогласные с картинками BBC или CNN, с советами МВФ, но не имеющие адекватных сил для защиты. Но это крайняя точка. Гораздо лучше (прочнее, надежнее, тише) развратить людей, закабалить их при помощи кредитного талмудизма, завертеть в суете, отвести от веры.

И отдельному человеку совершенно невозможно сопротивляться этому процессу. Можно, веря в детский сад демократических процедур, махать транспарантами (если это не парад гомосексуалистов, вас и по ТВ могут не показать, ибо вы не в тренде). Можно засыпать бумагами жалобных писем всякие высокие организации. Жизнь вся пройдет, пока вас услышат и скажут: «Позвоните завтра». Можно делать все, что в силах маленького человека. Но это так же эффективно, как крик прапорщика «Стой! Раз-два» в адрес набравшего скорость поезда.

Библейский человечек может только своему библейскому Богу предъявлять жалобы и просьбы. Эпоха же уже решила: либо человечек согласится на любой из видов бытового сатанизма, либо его сотрут.

Вот почему мы хотим, чтобы Россия была империей. Империей не Ксеркса, как писал В. Соловьев, а Христа. Мы хотим этого потому, что в одиночку бороться никто не сможет. В одиночку можно только убегать. Но куда? И как будет жить убежавший, если человек давно оторван от природы, разучился жить в ней и понимать ее, если и лес, и горы стали ему враждебны. Приученный к комфорту и удобствам, человек стал неспособен на радикальное бегство, которое совершали люди, подобные святому Сергию, святому Серафиму, Симеону Столпнику…

Вынужденно, по слабости остающийся внутри враждебной цивилизации, человек – заложник. Заложник образования, которое развращает, а не учит; телевидения, которое тупит, а не информирует и т. д. Тогда нужна именно империя, защищающая ценности библейского человека. Империя большая, империя сильная и самодостаточная, вмещающая многие народы, сознательно защищающая библейский взгляд на мир. Мусульмане скажут: «Мы согласны» – иудеи, по идее, тоже. Хотя я не знаю, что скажут иудеи. За всех мусульман тоже не распишусь. И за своих соплеменников, сидящих на грантах, не дам руку на отсечение. И во многих чиновниках разных звеньев сильно засомневаюсь. Метастазы далеко зашли. Но сама идея, если отбросить «спящих» и продавшихся, отупелых и развратившихся вкрай, сама идея прекрасна. Это и есть национальная идея России в XXI столетии!

Быть самодостаточной, сильной империей, способной и желающей отстаивать библейский взгляд на мир против разнообразных инфернальных вызовов, убийственных для простого человека. Быть на стороне вкусного хлеба и чистого неба, детского смеха и имени Божия; на стороне достойной жизни и спокойной смерти в надежде воскресения. Без кремации и крионики, а с Причастием перед смертью.

При всех слабостях России и при всех оговорках, никого больше на эту роль я лично не вижу.

Протоиерей Андрей Ткачев

Источник: Православие.ru

***

Протоиерей Андрей Ткачев – номинант Патриаршей литературной премии 2016 года





© 2010 Издательский Совет Русской Православной Церкви, Официальный сайт