Издательский Совет Русской Православной Церкви: Homo scriptor, или Человек пишущий

Главная Написать письмо Поиск Карта сайта Версия для печати

Поиск

ИЗДАТЕЛЬСКИЙ СОВЕТ
РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ
ХРИСТОС ВОСКРЕСЕ!

Homo scriptor, или Человек пишущий 17.11.2018

Homo scriptor, или Человек пишущий

Век живи, век учись. (Если кто забыл, то окончание этой пословицы: "Дураком умрешь".)

Как-то не обращал я внимания на то, что существует это жизненное и философское понятие: Homo scriptor, т. е. Человек пишущий. И оно не менее важное, чем Homo sapiens - Человек разумный. Второе понятие включает первое, но не равнозначно с ним. Не всякий Homo sapiens становится Homo scriptor. С другой стороны, до последнего времени было как бы понятно, что всякий пишущий человек является человеком разумным. Но сегодня, в эпоху интернета и миллионов письменных высказываний в сети, и этот знак равенства под сомнением. Когда я читаю некоторые "комменты", с их чудовищной, пещерной бранью и зоологической ненавистью к оппоненту, у меня возникает сильное сомнение, что эти homo scriptor являются homo sapiens, людьми разумными. Между тем по факту они безусловно относятся к классу млекопитающих, который называется homo scriptor, потому что высказывают свои мысли и даже свое видение мира через письмо, а не прямую речь.

Славист Михаил Эпштейн вообще предлагает рассматривать "скрипторику" как факт "новой научной дисциплины, изучающей Homo Scriptor, человека пишущего. Scribo ergo sum - "Пишу, следовательно, существую" (поправка к декартовскому Cogito ergo sum)". "Нетрудно предположить, - пишет Эпштейн, - что для многих "жить - значит писать", т. е. делить свое существование с другими посредством многих, многих "букафф"".

К людям пишущим принадлежат не только писатели и журналисты, но и, да, эти несчастные "хомячки" в сети, и "литературные негры" (те, кто пишут книги за известных писателей, а те только ставят свое имя на обложки), и "райтеры" (составители текстов для политиков и т. д.), и многие другие. Сегодня этот класс млекопитающих невероятно широк. В него входят и неизвестные нам люди, все еще ведущие свои дневники, пишущие семейные мемуары и целые трактаты о том, как спасти мир.

Я согласен с Михаилом Эпштейном: скрипторику нужно изучать как науку, особенно сегодня, когда ее поле стало невероятно сложным, запутанным, полным тайн и всевозможных ловушек. А ведь хотя бы только понять: зачем люди все еще пишут, почему этот род активности не умирает, а множится, почему людям все еще хочется высказываться посредством письма, хотя это, как правило, не дает им ни денег, ни социальных преимуществ, - значит уже многое понять в современном мире.

Михаил Эпштейн предлагает не путать скрипторику с лингвистикой. Скрипторика - наука о человеке, а не о языке. Я задумался об этом, читая замечательную книгу, которую выпустило издательство "Азбука" в Санкт-Петербурге и которая вышла совсем недавно, но уже имеет неплохой рейтинг в книжных магазинах и собрала положительные отклики в печати и сети. Она называется "Как мы пишем". Идея сделать такой сборник пришла в голову Павлу Крусанову и Александру Етоеву, питерским писателям, во время, как они сами признаются в предисловии, "дружеского застолья". Они вдруг вспомнили, что в 1924 и 1930 году выходили сборники, где очень известные писатели 20-х годов, от Алексея Толстого до Шкловского и от Андрея Белого до Пильняка, высказались о своем литературном труде. Последний сборник так и назывался - "Как мы пишем", так что составители нынешней антологии решили не заморачиваться с новым названием.

Хотя я бы назвал эту книгу по-другому: "Зачем мы пишем?" Это было бы более точное и современное обозначение темы.

В книге - 38 авторов. От Василия Авченко до Леонида Юзефовича, если следовать алфавиту. Здесь много известных имен и нет, смею вас заверить, ни одного случайного имени. В книге нет поэтов, хотя есть прозаики, которые пишут еще и стихи. Почему нет поэтов - понятно. Если поэт всерьез начнет рассказывать, как он пишет стихи, как ему в голову приходят строчки, как на него находит вдохновение, то через десять минут его захочется убить, потому что это будет невыносимо. А вот прозаики народ более скромный, эдакие "рабочие лошади пера". Они могут писать о себе с юмором. Они способны (как правило) на свой труд смотреть со стороны.

Книга, повторяю, получилась замечательная! Невероятно интересно читать, что думают о себе и своем литературном труде Илья Бояшов и Алексей Варламов, Евгений Водолазкин и Анна Матвеева, Вячеслав Курицын (легенда русского постмодернизма) и Михаил Тарковский (москвич, живет на Алтае, профессиональный охотник, ну и, конечно, нельзя не отметить, что он член семьи Тарковских).

В книге много интересных имен. Но куда интереснее, как они высказываются о себе.

И вот что я заметил. Львиная доля высказываний посвящена не теме "как мы пишем", а теме "зачем, почему мы пишем". Для писателей 20-х годов этой проблемы не было. Молодая страна требовала своих писателей, нуждалась в них. Они были элитой страны, и как раз по этой причине многие из них и пострадали в 30-е годы во время "чистки" элит, от политической до культурной. А вот современным писателям "чистка" не грозит, но приходится и себе, и своей родне, и даже посторонним людям объяснять, зачем они пишут. Ведь это, как правило, не приносит дохода. Жить литературным трудом в России практически невозможно.

Очень любопытная книга! Кто-то из писателей пишет о себе с юмором, иронией, в которых, впрочем, несложно увидеть оборотную сторону гордости и тщеславия. Кто-то начинает свои эссе в эпическом ключе: "Я родился в таком-то году в таком-то городе в такой-то семье". Кто-то философствует на тему письма вообще. Но всех объединяет одно - страстная любовь к литературе. Вот этого не отнимешь.

Горячо всем рекомендую!

Текст: Павел Басинский

Российская газета









Лицензия Creative Commons 2010 – 2021 Издательский Совет Русской Православной Церкви
Система Orphus Официальный сайт Русской Православной Церкви / Патриархия.ru